Что Не Так С Совестью У Ильи Яшина В Вопросах И Ответах?

Илья Яшин отбывает в российской колонии срок в восемь с половиной лет. Его посадили по статье о распространении «фейков» о российской армии. Повод — он провел стрим об убийстве мирных жителей в Буче. Яшин находится в колонии в Смоленской области. Вот его ответы на вопросы с моими комментариями:

Вопрос: Что изменилось для вас после убийства Бориса Немцова и Алексея Навального?

Ответ: После гибели Алексея Навального для меня ничего принципиально не изменилось. То, что в России убивают оппозиционных политиков, я знал и раньше. В Москве был застрелен мой друг Борис Немцов. Алексей Навальный чудом выжил после отравления, организованного спецслужбами. Владимир Кара-Мурза пережил покушение… Я принял решение остаться в России и заниматься оппозиционной политикой с учетом этих знаний и с осознанием собственного риска. И продолжаю ей заниматься, несмотря на тюремное заключение, стараясь превратить и суд, и камеру, и барак в антивоенную политическую трибуну. Разумеется, убийство Навального меня шокировало. Но не деморализовало и не повергло в апатию. Скорее, наоборот: я понимаю, что теперь на мне еще больше ответственности, я обязан гнуть свою линию и продолжать дело, за которое отдали жизни мои товарищи.

Мой комментарий: Что это - беззаветная храбрость или тонкий расчёт? Почему Яшин уверен, что его не убьют в тюрьме, как это произошло с Навальным? Ответ состоит в том, что ему в тюрьме быть безопаснее, чем находиться на свободе, где он может стать целью для очень многих и он рассчитывает, как и Навальный, пересидеть "смутное" время в тюрьме. Ему как и Навальному не дают покоя лавры Нельсона Манделы?

Вопрос: Что вы думаете об объединении российской оппозиции?

Ответ: Думаю, что вопрос объединения оппозиции в некую единую структуру сейчас неактуален и должен быть снят с повестки. Ну понятно же, что даже попытка такого объединения ни к чему не приведет — все только в очередной раз переругаются. Всему свое время. Наверное, этот вопрос еще не созрел.

С моей точки зрения, сейчас надо думать не столько о структурном объединении оппозиции, сколько о развитии сотрудничества в рамках каких-то конкретных проектов. Проще говоря — развивать культуру объединения и механизмы коллективного действия. Не спорить, кто главнее, а всем миром облегчить визовый режим для российских антивоенных беженцев. Общими усилиями помочь человеку, оказавшемуся в беде. Объединить усилия медиаресурсов и провести марафон в поддержку политзеков, чтобы, например, собрать деньги на адвокатов. Такие конкретные проекты принесут больше пользы и больше воодушевят людей, чем какой-нибудь форум «хороших русских» в Европе, на котором все сначала бодро сделают коллективное фото, а потом привычно начнут поливать друг друга помоями, поссорившись из-за какой-нибудь ерунды. Понятно, что в перспективе вопрос объединения оппозиции встанет. Например, когда появится шанс выдвинуть единого кандидата на выборах. Вот тогда и будем решать эту проблему — как решила ее не менее склонная к конфликтам оппозиция в Беларуси или, например, в Турции. А пока, повторюсь, надо работать над повышением культуры сотрудничества и стараться делать что-то полезное, чтобы завоевать доверие сторонников.

Мой комментарий: Яшин провёл очень много времени и вложил много усилий, чтобы не дать объединиться российским оппозиционерам. Это он успешно делал под руководством Григория Явлинского в гнилом яблоке. Так что ничего удивительного, что он не видит до сих пор никакой общей платформа для российской оппозиции, которая благодаря таким как Яшин, как лебедь раком щуку.

Вопрос: Что вы можете сказать о Юлии Навальном?

Ответ: Юля сейчас, наверное, самый известный за рубежом российский оппозиционный политик. Ее знают в мире, ее принимают на самом высоком уровне, в ее руках большой ресурс влияния. Мне бы хотелось, чтобы Юлия Навальная стала адвокатом и представителем, защитником российского народа на международной арене. Чтобы, используя свой авторитет, объясняла миру и западным лидерам, что российский народ и Путин — не одно и то же, что наши соотечественники по факту в заложниках у кремлевской хунты. Чтобы она повлияла на санкционную политику, и эта политика более точечно била по военным преступникам, коррупционерам и пропагандистам, а не использовалась как оружие массового поражения против всех россиян. Впрочем, мне кажется, Юля и сама все это понимает, стремясь взять на себя именно такую роль. Я желаю ей удачи и всегда буду готов помочь.

Мой комментарий: Юлия Навальная явно не тянет на лидера российской оппозиции, но её упорно толкают на эту роль. Вообще это позиция для самоубийцы и поэтому такие как Яшин готовы уступить ей лидерство, чтобы спрятаться за её спиной и потом скорбно стоять на её похоронах.

Вопрос: Что вы можете сказать о горячих спорах о 90-х годах, которые развернулись с подачи Марии Певчих?

Ответ: Думаю, что дискуссия важная и сущностная. Но не уверен, что своевременная и для нее выбрана удачная форма.

В целом, я согласен, что корни нынешних бед уходят именно в эпоху 1990-х. В конце концов, именно Ельцин и его окружение назначили Путина преемником, буквально за ручку проведя его в кремлевский кабинет. Да и сами ключевые фигуры 1990-х — некоторые из них — говорили о своих ошибках. Например, Егор Гайдар писал, что реформаторы искренне заблуждались, полагая, что к экономическим преобразованиям демократические институты прирастут сами собой…

Честно назвать ошибки 1990-х, отрефлексировать, проанализировать их — важно. Как минимум, чтобы не наступать на те же грабли в будущем. Но это точно надо делать не в жанре кухонной склоки или скандала в итальянской семье. Это дискуссия нужна не для того, чтобы изобличить тех, кто сейчас в оппозиции, а чтобы сделать правильные выводы для следующего поколения.

Ну и наверное, в разгар войны все же имеет смысл работать над теми темами, которые нас сплачивают вокруг общих ценностей, а не сталкивают. Все-таки самое главное сейчас — остановить кровопролитие и приблизить мир, а не заклеймить друг друга.

Мой комментарий: Илья Яшин приложил много усилий, чтобы никто не мешал строительству фашистского режима Путина, раскалывая оппозицию и как-бы "критикуя" режим Путина, но при этом не мешая ему усиливаться, так как не предлагал ничего взамен, и на самом деле был как раз тем предателем о котором говорит Мария Певчих. Конечно он не олигарх и не участвовал в залоговых аукционах, но он ничего не сделал, чтобы это безобразие остановить. И если крайне правые и фашисты в 1993 году хотя бы попытались снести режим Ельцина, то такие как Яшин и ему подобные наоборот делали всё, чтобы этот режим укрепить и построить фундамент для будущей вертикали гебни, сапогов и чинуш.

Вопрос: Что делать тем, кто живет сегодня в России?

Ответ: Тем, кто в России, надо выжить, сохранить здоровье и психику. Важно не отчаиваться и копить силы. Надо создавать круг общения, в котором можно свободно и безопасно говорить о происходящем.

Надо участвовать в волонтерских проектах, не обязательно политических, и помогать тем, кто отчаялся. Надо ходить на суды и писать письма политзекам…

Понятно, что остановить несущийся танк, встав у него на пути, невозможно. Не надо бросаться под этот танк. И не надо винить себя за то, что вы этого не делаете. Просто помните, что рано или поздно этот танк остановится — и вот тогда мы должны быть готовы его демонтировать. К этому моменту надо готовиться, чтобы не упустить шанс.

Мой комментарий: Сначала Яшин не мешал строить танк, а теперь когда он построен, то он призывает не бросаться под этот танк и терпеть до того момента, когда танк кто-то взорвёт или он сам почему-то остановится. Тогда терпилы вылезут из засады и начнут этот танк демонтировать? Нет и ещё раз нет, так как терпилы только и могут, что ждать и терпеть, а всю работу за них сделают те, кто остановят танк и те кто не жалея своего живота воюет с режимом Путина каждый день, а не отсиживается во внутренней эмиграции накапливая силы, что бы пукнуть как всегда в лужу.

Вопрос: Почему вы решили остаться в России?

Ответ: Это дает мне возможность сохранить вес моего слова. Каждую возможность здесь я использую, чтобы рассказать о преступной агрессии против Украины, о давлении на российское общество, о тирании, установленной Путиным. Понятно, что я мог бы говорить все это и за границей, но такие речи, произнесенные из парижского кафе и из российской тюрьмы, имеют разный политический вес. Я остался в России, чтобы быть российским голосом против войны и диктатуры.

И, конечно, для меня важно разделить судьбу с моей страной и с моим народом. Искренне считаю, что российский политик должен быть с Россией, как говорится, и в радости, и в горе.

Я никого не бросил и отвечаю за свои слова. Да, условия содержания суровые и мне совсем не просто. Но зато на душе спокойно, и я живу в ладах с совестью.

Мой комментарий: Почему у Яшина выбор только между парижским кафе и русской тюрьмой? Да потому, что в Киеве, в рядах легиона "Свободная Россия", как и в эмиграции, в парижском кафе, намного опаснее и можно легко быть убитым, а как это и не парадоксально, в русской тюрьме Яшину более спокойно и на душе и совесть не болит, так как её у него нет и быть не может.

Вопрос: Если будет возможен обмен то вы на него согласитесь?

Ответ: Нет, обмен для меня неприемлем, поскольку подразумевает эмиграцию. Я остался в России в том числе и для того, чтобы отстоять свое право жить, работать и заниматься независимой политикой в своей стране. Никто меня отсюда не выгонит.

Мой комментарий: Без комментариев, так как с Яшиным и его совестью всё ясно и понятно.