Storia dell'Ostria profanata
Apr. 1st, 2007 10:07 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
paserbyp"...Немцы чинно, без каких-либо темпераментных отклонений, вышагивали по дворцу, у каждого экспоната педантично сверяясь с путеводителем. Так было, пока они не дошли до картины Паоло Уччелло, которая их чем-то сильно развлекала: они буквально гоготали, глядя на неё и читая про неё в своём бедекере. Я был, понятно, заинтригован, так как на этот раз отстал от них на ползала. Когда они, наконец, отсмеялись и удалились в следующий зал, я подошёл к так потешившему их полотну...
Называется картина "Storia dell'Ostria profanata", что в свободном переводе значит "Рассказ об осквернении святыни". Молодая христианка приносит еврею нечто вроде гости или облатки,- точнее, облаточное тесто, приготовленное по религиозному обряду, за что получает определённую мзду. Детали делают эту сцену удивительно правдоподобной - и стоящий за конторкой еврей в красном одеянии и красной шапочке, и женщина в длинном плаще с полученным золотым в руке, и висящие на стене каббалистические изображения. Понятно, еврей, которому чужд и невнятен евхаристический язык христианства, недолго думая, ставит освящённое тесто на огонь, чтобы угостить семью и полакомиться самому, но из него - о ужас! - течёт кровь и просачивается на улицу; солдатский дозор замечает непорядок и топором взламывает дверь, за которой стоят несчастные нехристи: потрясённый еврей глядит, не отрываясь, на кровоточащую облатку, совсем ещё крошечный мальчик цепляется в ужасе за платье матери, а тот, что постарше , горько и безнадёжно рыдает. Ещё две сцены рассказывают о том, чем эта страшная история кончилась: на одной изображена молодая женщина с петлёй на шее на фоне дерева с приставленной к нему лестницей, на другой - столб: к нему привязаны евреи, включая обоих детей, и языки пламени уже лижут их обречённые тела. На обеих сценах - кони, солдаты, палачи, зрители. И наконец последняя, где у труппа снятой с петли женщины идёт спор за её душу между двумя ангелами и двумя чертями...
...но для меня, спустя полтысячелетия, эта картина звучит однозначно - как первое в мировом искусстве изображение кровавого навета, погрома и убийства. Точно так же, как для немцев, чей гогот до сих пор у меня в ушах,- когда до них дошло, что там изображено. Какие, должно быть, сильные чувства у них вызвало сожжение евреев, коли они даже не обратили внимание на повешение христианки!
Можно рискнуть сказать, что мы с немцами воспринимаем картину Уччелло одинаково, пусть и с небольшой разницей: то, что привело их в неописуемый восторг, меня - в ужас и содрогание. В любом случае, наша повышенная, хоть и противоположная реакция на эту картину - лишнее доказательство, что произведение искусства может воздействовать на зрителя иначе, чем изначально замыслено автором..."
"Как я умер" Владимир Соловьёв
Называется картина "Storia dell'Ostria profanata", что в свободном переводе значит "Рассказ об осквернении святыни". Молодая христианка приносит еврею нечто вроде гости или облатки,- точнее, облаточное тесто, приготовленное по религиозному обряду, за что получает определённую мзду. Детали делают эту сцену удивительно правдоподобной - и стоящий за конторкой еврей в красном одеянии и красной шапочке, и женщина в длинном плаще с полученным золотым в руке, и висящие на стене каббалистические изображения. Понятно, еврей, которому чужд и невнятен евхаристический язык христианства, недолго думая, ставит освящённое тесто на огонь, чтобы угостить семью и полакомиться самому, но из него - о ужас! - течёт кровь и просачивается на улицу; солдатский дозор замечает непорядок и топором взламывает дверь, за которой стоят несчастные нехристи: потрясённый еврей глядит, не отрываясь, на кровоточащую облатку, совсем ещё крошечный мальчик цепляется в ужасе за платье матери, а тот, что постарше , горько и безнадёжно рыдает. Ещё две сцены рассказывают о том, чем эта страшная история кончилась: на одной изображена молодая женщина с петлёй на шее на фоне дерева с приставленной к нему лестницей, на другой - столб: к нему привязаны евреи, включая обоих детей, и языки пламени уже лижут их обречённые тела. На обеих сценах - кони, солдаты, палачи, зрители. И наконец последняя, где у труппа снятой с петли женщины идёт спор за её душу между двумя ангелами и двумя чертями...
...но для меня, спустя полтысячелетия, эта картина звучит однозначно - как первое в мировом искусстве изображение кровавого навета, погрома и убийства. Точно так же, как для немцев, чей гогот до сих пор у меня в ушах,- когда до них дошло, что там изображено. Какие, должно быть, сильные чувства у них вызвало сожжение евреев, коли они даже не обратили внимание на повешение христианки!
Можно рискнуть сказать, что мы с немцами воспринимаем картину Уччелло одинаково, пусть и с небольшой разницей: то, что привело их в неописуемый восторг, меня - в ужас и содрогание. В любом случае, наша повышенная, хоть и противоположная реакция на эту картину - лишнее доказательство, что произведение искусства может воздействовать на зрителя иначе, чем изначально замыслено автором..."
"Как я умер" Владимир Соловьёв
